Война в романе К. К

Война в романе К. К.

Война в повести К. Воробьева «Это мы, Господи!»

С каждым годом война все дальше от нас, очевидцев тех страшных событий становится все меньше и меньше. Но имеем ли мы право забыть те годы, которые оставили печаль в каждом доме и унесли жизни миллионов людей? Можем ли мы раскрыть память наших бабушек и дедушек, отдавших свои жизни за свободу своей Родины, своих детей и внуков? И особенно ярко это видно после прочтения книг о Великой Отечественной войне, написанных авторами, которые знают о ней не понаслышке, будучи непосредственными участниками боевых действий. Автобиографический рассказ Константина Воробьева “Это мы, Господи!” Написанная в 1943 году стала книгой-откровением. Показанная в нем сила человеческого духа побуждает людей переосмыслить все жизненные ценности, задуматься над смыслом собственной жизни. В конце концов, мальчики немногим старше нас пошли на войну и погибли за свою землю.

Итак, герою рассказа Сергею Кострову всего 23 года, но его жизненный опыт, накопленный за три года жизни в нацистских лагерях, вызовет сочувствие и уважение у людей более зрелого возраста. Даже в выпавших на его долю нечеловеческих условиях Костров сумел сохранить свое достоинство. «Я молод и хочу жить. Поэтому я все еще хочу драться». И он боролся. На протяжении повествования автор рассказывает нам о том, что пришлось пережить и пережить его герою.

Перенося муки голода, физические страдания, ежедневную угрозу смерти, молодой лейтенант не отказывался от мысли о свободе, он использовал любую возможность, чтобы вырваться из вражеского плена.

Дни тянулись мучительно бесконечно. Героиня рассказа многое пережила: тиф, опустошающий голод, когда «истощение перепонок заставляло уши шуршать, как пергаментная бумага, дышать носом было невозможно – гул и потрескивание наполняли голову». Он видел, как могущественные люди высмеивали других беззащитных людей – морили их голодом, убивали ради развлечения, давали невыносимую работу. Он видел, как «дикий и жадный огонь зажег ранее равнодушные и покорные глаза человека при виде серого кирпича», как люди утратили волю к жизни, свое достоинство, примирившись с беспомощным положением, стали подобны глухим животным. Но были и другие, такие как Сергей Костров, которые боролись за каждую минуту своей жизни, используя любую возможность, чтобы вернуть себе свободу. Это были капитан Николаев и Ванушка, Мотивкин и Устинов. Все они, как и главный герой, с удивительной стойкостью прошли все испытания. Только мысль о побеге давала им силы пережить ужасные условия нацистского плена. «Дни катились тяжелым, ленивым шаром. Этот шар сокрушал людей тысячекилограммовой тяжестью тоски и отчаяния, он опустошал душу, мучил тело. Не было названия дней, не было счета и определяющих мыслей. , никакой горячей массы затопленного мозга “.

Даже превратившись в «длинноволосый скелет, обернутый в сухую желтую кожу», Сергей Костров считает, что в глубине его души все еще живо », что« заставляет тело терпеть до последней крови ». «Это« оно »можно вырвать, но только безжалостными когтями смерти». Это сила духа, жажда жизни, любовь к свободе. Даже на жестоких допросах он отстаивает право на независимость: «Почему я сбежал? – Это мое право».

Право каждого человека – быть свободным, стремиться к свободе. И лишить человека этого права невозможно даже под угрозой смерти.

Не раз случалось, что у тебя заканчивались силы, и казалось, что умереть легче, чем терпеть весь этот ужас: «убегай и сам ударись в острый угол барака», чтобы кто-то другой, считавший себя вправе это сделать не распорядился бы твоей жизнью. На помощь Сергею пришла память: «Это был последний раз, когда мысленно прошли его двадцать три года. Нет, в прошлом все было так, как должно быть. Иначе он и представить не мог. Просто так было. было и должно быть! И абсурдна только заливка этой маленькой листовой сказки. ни подписи, ни обводки. «. Упрямый молодой человек не смог смириться с таким концом, и борьба продолжилась. История автобиографична, значит, главный герой пережил этот ад и от его имени, от имени тех, кто прошел через тот же тигель, восклицает. : «Это мы, Господь!» Вы это слышите? Вы слышали это?

Читайте также:  Лирический герой в стихах Блока, сочинение, 11 класс

Сочинение “Судьба военнопленных в повести К. д.Воробьёва “Это мы, господи. “

Работа была представлена ​​на конкурс сочинения «Милосердие на поле битвы» в категории «Книжная полка». Размышления о прочитанном »в 2005 году. Автор очерка рассказывает о мотивах, побудивших его написать о судьбе военнопленных, и делится впечатлениями от прочитанного произведения.

Скачать:

Вложение Размер
сочинение_судба_военнопленных_в_повести_к. д.воробьева. doc50,5 КБ

Предварительный просмотр:

Министерство образования и науки Российской Федерации

Муниципальная общеобразовательная школа им.

Тюменцевский район Алтайский край

Судьба военнопленных в рассказе К. Д. Воробьёва

(для конкурса сочинений «Милосердие на поле боя»)

Номинация «Книжная полка. Размышление о прочитанном».

Автор Елена Козлова, ученица 10 класса

Муниципальная средняя школа Урывская

Учитель Волошина И. А.

Мотивы, побудившие меня написать о судьбе военнопленных.

В нашем селе на перекрестке трех дорог стоит небольшой неприметный домик. В нем проживает бывший военнопленный Дармаев Эрик Будаевич. Я слышал о его судьбе не раз, но меня беспокоит, что в 1955 году он не получил памятной медали. Я считаю, что это несправедливо. Приближается шестидесятая годовщина победы, и Эрик Будаевич снова может остаться без награды. Можно ли в этом случае говорить о человечности и милосердии к человеку, которого война отняла у его родных, родной Калмыкии, пережившего ужасы плена и равнодушно удаленного кем-то из списка ветеранов Великой Отечественной войны? ? Я думаю, что все заключенные, которые пережили ужасы рабства и подверглись испытаниям после войны, заслуживают нашего милосердного подхода и сострадания. Хочется верить, что в День Победы на грудь Дхармаева Эрика Будаевича будет приколота памятная медаль.

Решил почитать о судьбах военнопленных. Книга Константина Дмитриевича Воробьева «Это мы, Господи» потрясла меня своим названием и содержанием и помогла мне понять, что русские военнопленные достойны особого внимания со стороны государства и всех нас, живущих рядом. Я понимаю, почему Константин Воробьев так спешил сказать правду о пленных тогда, в 43-м, ведь он знал о массовых арестах еще до войны и предвидел судьбу несчастных, многие из которых оказались в наших лагерях. после нацистских лагерей.

Рассказ Константина Воробьева «Это мы, Господи» читали с большим волнением и тяжелым камнем на душе. Некоторые сцены настолько пронзительны, что режут вам сердце! Ничего не выдумано, просто правда. Верно, но какая правда! Надо было рассказать о боли в сердце заключенного там, в плену, где он был убит физически и морально; и после войны, когда будет больно доказывать, что ты не предатель, и когда годы спустя “наверху” люди начинают сомневаться в твоей честности и порядочности.

Долгое время эта тема была под запретом, вероятно, с тех пор, как Верховный Главнокомандующий объявил, что враг – не пленные, а изменники Родины.

Описания в рассказе заставляют задуматься о судьбе персонажей. Здесь пленных водят по широкой дороге из Солнечноногорска в Клин и далее в Волоколамск: «В те времена немцы пленных не били. Только убивали!

Убили за поднятый окурок на дороге.

Убивали, чтобы сразу же украсть у покойного шапку и валенки.

Убит за то, что с голоду шатался по сцене.

Убит за стоны от невыносимой боли в ранах. Убивали ради спорта, и стреляли не парами и пятерками, а большими сценическими группами, сотнями – из автоматов, пистолетов и автоматов! “

Я был потрясен, прочитав эти ужасные строки: «Как такое возможно? Это не война. У пленных нет оружия. Откуда такие подробности? От этого у меня волосы дыбом встают!» Как кровоточит душа двадцатитрехлетнего писателя, когда он пишет такие тексты: «Каждое утро узники выносили мертвых ночью. Каждый день около шестидесяти человек уступали место другим. Посреди лагеря. , в одной из казарм была вырыта глубокая и широкая яма. Мертвых уносили. к ней без возни, и воин перекатился в нее с высоты четырех метров, бив голым ледяным черепом костяшки пальцев. руки и колени его братьев, которые умерли до него.

Читайте также:  Очерк по литературе: Книга истины, любви и добра (по роману «Мастер и Маргарита»)

Дни шли тяжелым, ленивым шагом. Этот воздушный шар поднимается под тысячекилограммовой тяжестью человеческой тоски и отчаяния, разрушающей душу и терзающей тело. “

«Это мы, Господь» – в этом крике присутствует невероятная тоска и беспомощность воина, трагические обстоятельства которого заставили его принять позор и муку рабства. Неслучайно Воробьев выбрал для эпиграммы к рассказу слова из «Повести о полку Игореве»: «Лучше умереть от мечей, чем от рук языческого узника». Сама мысль о плену невыносима для русского солдата, но если тебя поймают – оставайся человеком, не дай врагу уничтожить тебя. Поэтому Константин Воробьев пытался остаться в живых. Он должен был рассказать всю правду об адских муках пленников всем, кто был по ту сторону жизни: он воевал на передовой, умирал от ран, бросался под танки противника, работал в тылу, кто был «выше» “и тогда можно было усомниться в честности и патриотизме заключенного. Заключенному было важно, чтобы он оставался человеком. Чувствуя себя человеком, автор попытался успеть рассказать страшную правду о своих братьях по несчастью.

Сергей Костров, когда ему угрожали ампутацией ноги, упорно настаивал: «Меня не порежут. Я снова буду драться». И мысль о побеге еще жива в нем: «Беги, беги, беги». Разве это не противостояние с противником? Разве это не патриотизм? Что давало измученным, больным и голодным людям силы бороться? Прежде всего, это была вера в правду, справедливость, надежда на победу. Неслучайно на вопрос о гестапо, на каком вере, Сергей отвечает: «Самая глубокая». Его огромная жажда жизни и ненависть к врагу помогают главному герою выжить в нечеловеческих условиях. Он протестует, когда кто-то пытается выпустить его из жизни, бросая под двухъярусную кровать, но просыпается и находит в себе силы выползти на улицу и потребовать себе место. Сергей также не согласен с капитаном Николаевым, который утверждает, что в нем больше ничего нет. «Нет, это не так! Вы ошибаетесь, капитан! То, что там, в глубине его души, может быть вырвано только безжалостными когтями смерти». Что это”? Я считаю, что это самая суть человека, что особенно заметно в трудные моменты жизни. Это стальной стержень человеческого характера, который ничто не может сломать. Для Сергея это воля к жизни, душевная стойкость, стойкость к врагу, человеческое достоинство. Эти черты характера героя имеют большое значение и для других заключенных. Кострова тянутся к людям, которые думают так же, как он. Они видят в нем организационную опору, поэтому герой повсюду находит единомышленников. Молоденький Ванюша, седой полковник, капитан Николаев, Попов – это люди с сильным сердцем, храбрые, над которыми то и дело витает смерть. Их избивают, бросают в камеру смертников, пытают и морите голодом, но даже в такие моменты они могут думать о жизни и жить. Сергий много раз сбегал из тюрем и лагерей, попадал в лапы гестаповских палачей и милиционеров, тонул в болоте, пролез сотни километров с окровавленными ногами. И все же он выжил, потому что в те роковые минуты его сопровождали честные и смелые люди. Я ими восхищаюсь. Я считаю, что они достойны нашего уважения и памяти.

Название рассказа выражает мысль о великом страдании, которое в этом ужасном облике полуживых существ, скелетов, обтянутых кожей, трудно узнать самому себе: «Это мы, Господи». “

Главный герой, читая надписи на стене камеры, «поймал себя на мысли, что никогда не читал ни одной книги, ни одного великого романа с таким вниманием и чувством, как этот огромный, выступающий лист – стены« книги жизни ». «: люди, их судьбы, сокращенные смертью, последние молитвы, проклятия убийцам, стихи. Автор заботится о том, чтобы заключенные жили надеждой до последнего момента. Константин Воробьев представляет других заключенных, которые какое-то время были сбиты с толку и которые, не выдержал пыток, покончил жизнь самоубийством. Только то, что никто другой не сделал. Не застрахован от неудач в нечеловеческих условиях.

Читайте также:  Тема и образ России в творчестве Блока (в текстах песен, стихотворениях) очерк

Чуткое и милосердное отношение к заключенным видно в сцене разговора Сергея с умирающим солдатом. Такое чувство, что у Кострова разрывается душа, когда он утешает и успокаивает своего друга. Томек так сильно хочет, что пришла его мама (их дом рядом) и принесла горячую картошку. А Сергей воображает, что она придет и гестапо ее расстреляет.

Нужно ли описывать, какое эмоциональное и душевное состояние может испытать каждый, кто прочитает хотя бы одну сцену ужасов? Вот старушка, заплатившая своей жизнью за то, что бросила в толпу заключенных все, что осталось от ее голодной зимы – капустные листья – и осталась неподвижной. Здесь, в толпу заключенных с нечеловеческими движениями, врывались эсэсовцы, убитые острыми заостренными железными пиками. Так погиб капитан Николаев, череп которого был сильно раздроблен лопатой. У фашистов должна быть фантазия, чтобы убивать и уничтожать русских военнопленных! И как автор описывает заключенных, рвущих лошадь. Нам, читателям, доводится до нас, читателей, о боли и страданиях автора за тех несчастных, которым «на тринадцатый день умышленного голода» загнали раненую лошадь, а потом расстреляли «из патронов». Еще хочу крикнуть: «Боже мой! Разве эти звери имеют право лишать жизни? Кто им это дал?! Правильно ли убивать безоружных людей, которые могли защищаться только камнями? Можно ли осуждать Сергея Кострова, который сделал решение сжечь ферму, спасти Ванушку, освободив его от пыток и мучений в фашистских тюрьмах? “

«Это мы, Господи» – отчаянный крик тех, кто навсегда остался на родной земле, прошел в плену кругами ада, но выжил, поднявшие Знамя Победы над Рейхстагом.

В этом рассказе автор показал горькую правду о войне, без которой она невозможна, поскольку дает реальную картину величия духа русского народа. Думаю, здесь уместны слова из песни:

Русский от пуль не убегает,

Русский от боли не стонет,

Русский не горит в огне,

Русский в воде не тонет.

Параллельно с ужасами фашистского плена писатель повествует о великом мужестве советских людей, обреченных на истребление и пытки до смерти. Каждое стихотворение поражает чудовищным развитием событий в нацистском плену, а то, что автор является живым свидетелем всего происходящего, делает произведение исповеданием живого человеческого сердца.

Название рассказа подтверждает тезис о единстве заключенных. В канонической фразе «Это я, Господи». «Изменение местоимения« мы »призвано подчеркнуть чрезмерные страдания, общие для всех заключенных:« Это мы, Господь. “

Когда я читал страницы, где автор описывает пейзажи, меня непроизвольно ознобило то, как он фиксирует единство человека с природой, что отражает настроение и душевное состояние заключенных: «Снежные причудливые облака низко парят над Ржевом. Ошеломленно глядя на небо. Трубы сгоревших домов. Ветры дуют песнь смерти в трубы. Снег доносится по развалинам города, слизывает пятна крови на потрескавшихся тротуарах. и свистки. Темные сумерки зимнего дня поглощают расстояние от лагеря. Нет ни дневного, ни ночного света. Тихо. Темный. Ужасный. “

Я прочитал эту историю, как если бы я прожил ужасную жизнь инопланетянина. Я думаю, что в концлагерях узники каждую секунду испытывали физическую и моральную боль и отвращение к беспомощности, но великая сила духа русского человека устояла и победила. Полностью согласен с писателем Кондратьевым в том, что рассказ «Это мы, Господи». «- это« написано кровью сердца той общей хроники войны, которую мы все пишем и пишем и не можем закончить ».

Убежден, что люди, прошедшие фашистские тюрьмы и лагеря, не заслуживают подозрений, прошли проверку сразу после войны и имеют право на честное имя.

Великая Отечественная война позади, но те, кто хочет пролить невинную человеческую кровь, продолжают сотрясать мир. Пора положить конец этому кровавому кавказскому узлу, унесшему матерей их сыновей, маленьких мальчиков, рожденных не для того, чтобы проливать кровь, а для любви и счастья.

Оцените статью
Добавить комментарий