Сатирические образы в романе Булгакова «Мастер и Маргарита»

Сатирические образы в романе Булгакова «Мастер и Маргарита».

Сатирические образы в романе Булгакова «Мастер и Маргарита»

Судьба человека и сам исторический процесс определяют постоянный поиск истины, следование высоким идеалам добра и красоты. Их понимание невозможно без терпения, мужества, любви и духовного созидания.
Путь духовного совершенствования человечества – это бесконечный подъем к истине, продвижение вперед через сомнения, отказ от устаревшего, догматического. Роман Булгакова «Мастер и Маргарита» повествует об ответственности человека за все добро и зло, происходящее на земле, за собственный выбор образа жизни, ведущий либо к правде и свободе, либо к рабству, предательству и бесчеловечному обращению.
Он рассказывает о всепоглощающей силе любви и творчества, которая поднимается до высот истинного человечества.
В Стране Победоносного Социализма люди власти делают все, чтобы художники, ученые, мыслители и инженеры, каждый по-своему, не чувствовали себя мастерами своего дела. Они лишают их возможности осознать смысл и значимость своего творчества, осознавая, что они являются исполнителями своей собственной миссии в обществе, а не социального порядка, запланированного сверху.
В этом мире нет места мастеру ни как писателю, ни как мыслителю, ни как человеку, а МАССОЛИТ и ресторан «Дом Грибоедова» переполнены людьми, называющими себя писателями, своими женами и прочими людьми. еще меньше занимался литературой.
Особый сатирический пласт романа связан с образом кружащейся в демоническом кольце «серой толпы» в МАССОЛИТЕ. Перед нами изображения масок. Как и герои «Мертвых душ» – это люди, чье человеческое существо в основном сводится к одной «страсти». Они настолько похожи друг на друга, что достаточно одного-двух штрихов, чтобы обозначить их «индивидуальность». Машинисты мало чем отличаются: один пишет стихи, другой – прозу, один «молодой с боксерской стрижкой», другой «старше с бородой». Их объединяет не литературное призвание, а заветный членский билет МАССОЛИТ, «коричневый, пахнущий дорогой кожей, с широкой золотой каймой».
«Творческий союз» МАССОЛИТ – специфическая модель общества. Творческий процесс там идет по «плану»: если вы хотите написать рассказ или рассказ, вы получаете «полноценный творческий отпуск» на две недели; если вы хотите написать роман или трилогию, вы берете такой же отпуск, но «до года». Вы также можете взять «однодневный отпуск»; якобы в это время можно было написать катрен или газетную колонку.
Также были определены лучшие «творческие места»: Ялта, Суук-Су, Боровое. Но у дверей очередь: «не слишком большая, сто пятьдесят человек».
В составе этого объединения можно решать не только «творческие задачи, но и жилищные, кровельные и продовольственные». Чем выше, нет, не талант, а административная должность, тем быстрее и эффективнее решаются все задачи.
Короче говоря, «МАССОЛИТ» не имеет ничего, кроме литературы.
Из трех тысяч ста одиннадцати участников максимум дюжина или два попадают в карты романа. Среди них поэты Рюхин и Бездомный, критики Латунский и Лаврович, гонители Мастера. Но никто из них не занимается литературой, и вообще неизвестно, задействованы ли они в какой-либо работе.
Флибустурник »Арчибальд Арчибальдович, писатель Петраков Суховой, некий Амвроси и Фока – известные завсегдатаи ресторана« Грибоедов », который славится на всю Москву« качеством еды », но и продает ее массолитанам« по очень разумной, а не дешевой цене. всем неудобная цена ».
Остальные находятся на доске. Вот, например, «тайный вечер» двенадцати апостолов МАССОЛИТ, ожидающих своего лидера и учителя Берлиоза.
Все двенадцать похожи на кастом: прозаик Бескудников, поэт Двубрацкий, московская сирота Настазья Лукинишка Ниеременова, писающая морские сказки под псевдонимом «Штурман Георгий», автор популярных этюдов Загривов, автор рассказов Жером Поприхин, критик Абабков, сценарист просто Глухарейн. Глухарейн. Они страдают одышкой: «в открытые окна не проникал ни один свежий ручей». Кроме того, всех раздражали соблазнительные запахи кухни ресторана, а «все хотели пить, нервничать и злиться». Они представили, как раздают церковные крыши в литературном поселке Перелыгино и обсуждают, кому их достать. Всем понятно, что крыши будут отданы «самым одаренным» или «генералам». По этому поводу «назревает своего рода бунт». Обмен материальными благами и льготами, а также «здоровая и вкусная еда» по дешевке – вот все, чем занимают умы и сердца «инженеров человеческих душ», вторгшихся в «Грибоедов» на двух этажах – первом, ресторане, а второй – кабинет. Невежественный пролетарский массолитский поэт Иван Бездомный написал антирелигиозное стихотворение, заказанное ему его тупостью. Бездомному поэту Учитель говорит: «Ну, ты определенно человек девственности, потому что я не ошибаюсь, ты человек невежества». «Неузнаваемый Иван» легко соглашается: «Несомненно». Встреча с вечностью полностью возрождает несчастного поэта. После того, как Мастер умоляет его «больше не писать» стихов, Иван торжественно обещает и клянется, что он это сделает. Он расстался с литературной профессией с чувством нескрываемого облегчения и даже освобождения. “Ваши стихи хороши?” – спрашивает его Мастер. “Чудовищно!” – вдруг говорит Иван смело и честно.
В глубине души массолиты знают, что они не поэты и не писатели.
Вот и поэт Рюхин, «Сашка – талантливый». Бездомный характеризует своего «зятя»: он «первый из идиотов», он «девушка», он «типичный боксер по своей психологии», «в то же время боксер тщательно охарактеризован. как пролетарий », и ты удивишься!».
«Побывав в доме печали», Рюхин огорчается. «И печаль не в том, что слова, брошенные ему в лицо Бездомным, оскорбительны, а в том, что в них правда».
«Отравленный вспышкой неврастении» поэт переносит на окружающий мир часть своего озлобленного и подавленного настроения. Статуя Пушкина попадает в его поле зрения, а Пушкин становится объектом зависти и пилинга.
Михаил Александрович Берлиоз, президент «МАССОЛИТ», редактор крупного художественного журнала, человек «начитанный» и «очень хитрый». Берлиозу с его «знаменитым» именем, положением, умом и знаниями многое дано, но он сознательно соответствует уровню рабочих поэтов, которых он презирает. Критики Латунский и Лаврович находятся в таких же отношениях с Берлиозом. Это высокопоставленные литературные деятели, «генералы», как их называют в Грибоедове подчиненные и тайная зависть.
Лаврович – «каждый шестой» (по отношению к комнатам на крышах), а столовая облицована дубами. Чтобы получить такую ​​дачу, надо ее заработать, то есть писать не то, что хочешь, а то, что имеешь, что тебе говорят. Пять окон на восьмом этаже дома Драмлит принадлежат Латунскому. Этим критикам уже «заплатили». Поэтому «в каждой строчке этих статей, несмотря на их угрожающий и самоуверенный тон, было что-то крайне фальшивое и неуверенное». Авторы этих статей, отмечает Мастер, не говорят того, что хотят сказать, и их ярость спровоцирован этим.
И ученый Берлиоз, и Лаврович, и латынь, и им подобные не только не предотвращают агрессивного незнания, но, напротив, целиком потакают ему, умело, сполна балуют, умело используют и направляют. Это влиятельные люди в литературном и журналистском мире, но лишенные морали, циничные и прагматичные, равнодушные ко всему, кроме своей карьеры и вытекающих из нее дивидендов. Они сознательно служат коварной, преступной идее, истинное значение которой им известно. Воланд, посол вечности, объясняет дерзкому Берлиозу и его юному соратнику Бездомному: «Чтобы править, нужно иметь хотя бы подробный план на какое-то время, скажем, на тысячу лет». Автор не скрывает своего триумфа: новообразованные «волшебники» и «волшебники», управляющие социальной и культурной жизнью по своему усмотрению, в соответствии со своими далеко идущими планами, являясь извне всемогущими и бессмертными, непобедимыми и неудержимыми, ожидая «пасть ада», с которой нет выхода. Все они, злодеи, большие и маленькие, сволочи большого калибра и мелкие мошенники, не ведающие о себе, уже предстали перед судом истории, судом человеческой природы и совести – и обречены. Каждый Берлиоз, гордящийся своей дьявольской силой и мощью, будет поглощен «элементом темной магии», который он высвободит.
Воланд, воплощение непрерывной вечности, неразрывного союза веков, тысячелетий, торжественно провозглашает, обращаясь не только к умершему Берлиозу, но и к сотням, тысячам живых, сильных Берлиозов: «Вы забываете, но я рад, что Я из чаши, в которую ты превращаешься, ты пьешь за жизнь.
Мир формализма, бездушной бюрократии, корысти, аморальных бизнесменов и карьеристов противопоставляется булгаковскому миру вечных человеческих ценностей: исторической правды, творческих поисков, совести. И больше всего – любовь.

Читайте также:  Резюме; quot; Тема войны в произведениях а; quot; | Творческие работы студентов на русском языке по теме: | Образовательная социальная сеть

Сочинение: Сатирические образы в романе Булгакова Мастер и Маргарита

Сатирические образы в романе Булгакова «Мастер и Маргарита»

Автор: М. Булгаков.

Человеческая судьба и сам исторический процесс определяют постоянный поиск истины, стремление к высоким идеалам добра и красоты. Их понимание невозможно без терпения, мужества, любви и духовного созидания.

Путь духовного совершенствования человечества – это бесконечный подъем к истине, продвижение вперед через сомнения, отказ от устаревшего, догматического. Роман Булгакова «Мастер и Маргарита» повествует об ответственности человека за все добро и зло, происходящее на земле, за собственный выбор образа жизни, ведущий либо к правде и свободе, либо к рабству, предательству и бесчеловечному обращению.

Он рассказывает о всепоглощающей силе любви и творчества, которая поднимается до высот истинного человечества.

В Стране Победоносного Социализма люди власти делают все, чтобы художники, ученые, мыслители и инженеры, каждый по-своему, не чувствовали себя мастерами своего дела. Они лишают их возможности осознать смысл и значимость своего творчества, осознавая, что они являются исполнителями своей собственной миссии в обществе, а не социального порядка, запланированного сверху.

В этом мире нет места мастеру ни как писателю, ни как мыслителю, ни как человеку, а МАССОЛИТ и ресторан «Дом Грибоедова» переполнены людьми, называющими себя писателями, своими женами и прочими людьми. еще меньше занимался литературой.

Особый сатирический пласт романа связан с образом кружащейся в демоническом кольце «серой толпы» в МАССОЛИТЕ. Перед нами изображения масок. Как и герои «Мертвых душ» – это люди, чье человеческое существо в основном сводится к одной «страсти». Они настолько похожи друг на друга, что достаточно одного-двух штрихов, чтобы обозначить их «индивидуальность». Машинисты мало чем отличаются: один пишет стихи, другой – прозу, один «молодой с боксерской стрижкой», другой «старше с бородой». Их объединяет не литературное призвание, а заветный членский билет МАССОЛИТ, «коричневый, пахнущий дорогой кожей, с широкой золотой каймой».

Читайте также:  Очерк Великой Отечественной войны

«Творческий союз» МАССОЛИТ – специфическая модель общества. Творческий процесс там идет по «плану»: если вы хотите написать рассказ или рассказ, вы получаете «полноценный творческий отпуск» на две недели; если вы хотите написать роман или трилогию, вы берете такой же отпуск, но «до года». Вы также можете взять «однодневный отпуск»; якобы в это время можно было написать катрен или газетную колонку.

Также были определены лучшие «творческие места»: Ялта, Суук-Су, Боровое. Но у дверей очередь: «не слишком большая, сто пятьдесят человек».

В составе этого объединения можно решать не только «творческие задачи, но и жилищные, кровельные и продовольственные». Чем выше, нет, не талант, а административная должность, тем быстрее и эффективнее решаются все задачи.

Короче говоря, «МАССОЛИТ» не имеет ничего, кроме литературы.

Из трех тысяч ста одиннадцати членов на страницах романа у нас получается не больше дюжины или двух. Среди них поэты Рюхин и Бездомный, критики Латунский и Лаврович, гонители Мастера. Но никто из них не занимается литературой, и вообще неизвестно, задействованы ли они в какой-либо работе.

Флибустурник »Арчибальд Арчибальдович, писатель Петраков Суховой, некий Амвроси и Фока – известные завсегдатаи ресторана« Грибоедов », который славится на всю Москву« качеством еды », но и продает ее массолитанам« по очень разумной, а не дешевой цене. всем неудобная цена ».

Остальные находятся на доске. Вот, например, «тайный вечер» двенадцати апостолов МАССОЛИТ, ожидающих своего лидера и учителя Берлиоза.

Все двенадцать похожи на кастом: прозаик Бескудников, поэт Двубрацкий, московская сирота Настазья Лукинишка Ниеременова, писающая морские сказки под псевдонимом «Штурман Георгий», автор популярных этюдов Загривов, автор рассказов Жером Поприхин, критик Абабков, сценарист просто Глухарейн. Глухарейн. Они страдают одышкой: «в открытые окна не проникал ни один свежий ручей». Кроме того, всех раздражали соблазнительные запахи кухни ресторана, и «все хотели пить, все злились и злились». Они разобрались с главой в воображении писательской виллы в литературном поселке Перелыгино и обсудили, кому они достанутся. Всем понятно, что крыши будут отданы «самым одаренным» или «генералам». По этому поводу «назревает своего рода бунт». Обмен материальными благами и льготами, а также «здоровая и вкусная еда» по дешевке – вот все, чем занимают умы и сердца «инженеров человеческих душ», вторгшихся в «Грибоедов» на двух этажах – первом, ресторане, а второй – кабинет. Невежественный пролетарский массолитский поэт Иван Бездомный написал антирелигиозное стихотворение, заказанное ему его тупостью. Бездомному поэту Учитель говорит: «Ну, ты определенно человек девственности, потому что я не ошибаюсь, ты человек невежества». «Неузнаваемый Иван» легко соглашается: «Несомненно». Встреча с вечностью полностью возрождает несчастного поэта. После того, как Мастер умоляет его «больше не писать» стихов, Иван торжественно обещает и клянется, что он это сделает. Он расстался с литературной профессией с чувством нескрываемого облегчения и даже освобождения. “Ваши стихи хороши?” – спрашивает его Мастер. “Чудовищно!” – вдруг говорит Иван смело и честно.

Читайте также:  Русская деревня в разрезе - в русском языке и литературе

В глубине души массолиты знают, что они не поэты и не писатели.

Вот и поэт Рюхин, «Сашка – талантливый». Бездомный характеризует своего «зятя»: он «первый из идиотов», он «девушка», он «типичный боксер по своей психологии», «в то же время боксер тщательно охарактеризован. как пролетарий », и ты удивишься!».

«Побывав в доме печали», Рюхин огорчается. «И печаль не в том, что слова, брошенные ему в лицо Бездомным, оскорбительны, а в том, что в них правда».

«Отравленный вспышкой неврастении» поэт переносит на окружающий мир часть своего озлобленного и подавленного настроения. Статуя Пушкина попадает в его поле зрения, а Пушкин становится объектом зависти и пилинга.

Михаил Александрович Берлиоз, президент «МАССОЛИТ», редактор крупного художественного журнала, человек «начитанный» и «очень хитрый». Берлиозу с его «знаменитым» именем, положением, умом и знаниями многое дано, но он сознательно соответствует уровню рабочих поэтов, которых он презирает. Критики Латунский и Лаврович находятся в таких же отношениях с Берлиозом. Это высокопоставленные литературные деятели, «генералы», как их называют в Грибоедове подчиненные и тайная зависть.

Лаврович – «каждый шестой» (по отношению к комнатам на крышах), а столовая облицована дубами. Чтобы получить такую ​​дачу, надо ее заработать, то есть писать не то, что хочешь, а то, что имеешь, что тебе говорят. Пять окон на восьмом этаже дома Драмлит принадлежат Латунскому. Этим критикам уже «заплатили». Следовательно, «в каждой строчке этих статей было что-то крайне фальшивое и неуверенное, несмотря на их угрожающий и уверенный тон». «Авторы этих статей, – отмечает Мастер, – не говорят того, что хотят сказать, и это вызывает их гнев».

И ученый Берлиоз, и Лаврович, и латынь, и им подобные не только не предотвращают агрессивного незнания, но, напротив, целиком потакают ему, умело, сполна балуют, умело используют и направляют. Это влиятельные люди в литературном и журналистском мире, но лишенные морали, циничные и прагматичные, равнодушные ко всему, кроме своей карьеры и вытекающих из нее дивидендов. Они сознательно служат коварной, преступной идее, истинное значение которой им известно. Но это только кажется, что Берлиоз контролирует «жизнь человека и все в общем порядке на земле». Посол Вечности Воланд объясняет тщеславному Берлиозу и его юному соратнику Бездомному: хоть какое-то время, скажем, тысячу лет ». Автор не скрывает своего триумфа: новообразованные «волшебники» и «волшебники», управляющие социальной и культурной жизнью по своему усмотрению, в соответствии со своими далеко идущими планами, кажущиеся всемогущими и бессмертными, непобедимыми и неудержимыми, ждут «Форпост Ада». от которого нет спасения. Все они, злодеи, большие и маленькие, сволочи большого калибра и мелкие мошенники, не ведающие о себе, уже предстали перед судом истории, судом человеческой природы и совести – и обречены. Каждый Берлиоз, гордящийся своей дьявольской силой и мощью, будет поглощен «элементом темной магии», который он высвободит.

Воланд, воплощение непрерывной вечности, неразрывного союза веков, тысячелетий, торжественно провозглашает, обращаясь не только к умершему Берлиозу, но и к сотням, тысячам живых, сильных Берлиозов: «Вы забываете, но я рад, что Я из чаши, в которую ты превращаешься, ты пьешь за жизнь.

Мир формализма, бездушной бюрократии, корысти, аморальных бизнесменов и карьеристов противопоставляется булгаковскому миру вечных человеческих ценностей: исторической правды, творческих поисков, совести. И, прежде всего, любовь.

Оцените статью
Добавить комментарий